Interview

Trends

News

Жан-Клод Квине, Raketa

Недавно в жизни «Ракеты» произошло важное событие. В ее ряды влился редкий специалист, мастер, которого даже в Швейцарии сложно отыскать. Жан-Клод Квине (Jean-Claude Quenet) прежде работал на Rolex и Franck Muller, а некогда созданная им компания Dimier, впоследствии была выкуплена Паскалем Раффи и теперь стала ключевым поставщиком Bovet Fleurier. Послужной список Кене можно продолжить, но мы попросили его самостоятельно рассказать о своих заслугах. Еще он поведал о планах, которые будут воплощены в жизнь на «Ракете» и раскрыл нам некоторые секреты жизни крупнейших часовых компаний мира.

Жан-Клод, часовщиков вашего уровня даже в Швейцарии крайне мало, спрос на таких специалистов огромен, почему же вы решили поехать в Россию? Чем вас так заинтересовал Петродворцовый завод?
Мы познакомились с Жаком Полье на базельской выставке и быстро нашли общий язык. Меня заинтересовало то, что «Ракета» делает собственные механизмы и вскоре я уже был на мануфактуре. Поездка оказалась полным сюрпризом, я не ожидал увидеть на этом старом заводе столько невероятных ноу-хау. Его мастера с нуля создают механизмы, производят качественные спирали. Здесь можно развернуть масштабное производство.

Да это был мощнейший завод, но вы лучше про ноу-хау подробнее расскажите.
Здесь невероятное количество остроумных инженерных решений. Есть удивительные станки! Я работал в Rolex и оборудование у нас было самое лучшее. Так вот, на «Ракете» есть станок, который выполняет те же задачи, что и тот, которым я пользовался на Rolex. Российский работает с такой же точностью и такой же производительностью, но по размеру он не больше швейной машинки, а швейцарский был размером с автомобиль! Еще мне показали цех, в котором ставят камни. Я ожидал увидеть в нем нескольких рабочих с засученными рукавами. Но обнаружил всего одного сотрудника, а все камни вставлялись машинами. Это удивительно!


То есть, когда я буду общаться с каким-нибудь часовщиком из Швейцарии, я могу ему смело рассказывать о том, что у нас под Петербургом есть завод уровня Rolex?
Уровень «Ракеты» – это Rolex и ЕТА. В Швейцарии есть и другие фирмы, которые создают механизмы, но в Петергофе делают свои станки и все детали – 100% свои. Вы русские думаете, что швейцарское качество – это что-то недосягаемое, далекое, как звезда в небе. Безусловно, сейчас Rolex бьет «Ракету» по всем параметрам, но если сравнивать ее с часами Franck Muller начальной ценовой категории (это модели ценой около 5 000 CHF), то «Ракета» лучше по качеству. Механизмы сделаны лучше. Поверьте мне, я работал на Franck Muller.

Ваши слова вдохновляют. Но не может же быть все так хорошо.
Две недели назад я был в Швейцарии, на заводе, который производит 800 тысяч платин и мостов в год. Это громадное предприятие, среди его заказчиков такие марки как Blancpain, Ulysse Nardin, Audemars Piguet, а Rolex закупила у них станки. Так вот, там такие же инструменты как на «Ракете». Разница только в том, что в Швейцарии оборудование содержится в идеальном состоянии, а про «Ракету» вы и сами все знаете.

Ну вы доведете станки до нужной кондиции?
Это одна из моих задач. Другая, не менее важная, – это организовать контроль качества на каждом этапе производства. Все механизмы получат патент качества и пройдут сертификацию. Точность, удароустойчивость, вибрация, температура, влажность – все будет учтено. Я перевез в Петергоф все свои инструменты и теперь изучаю механизмы «Ракеты», этот анализ позволит понять, что надо улучшить в первую очередь. Надо наладить производство автоматических механизмов, превратить прототип в готовый к производству продукт. Сейчас у нас 20 прототипов, которые мы тестируем.



Какие еще задачи вы перед собой ставите?
Чертежи переведем в компьютерный формат, а то сейчас их делают при помощи кальки, как много лет назад.

Закупать за границей станки будете или можно обойтись собственными силами?
Будем закупать станки с ЧПУ в Швейцарии, но пока достаточно и российских, они позволяют создавать часы высокого уровня.

А станки с ЧПУ – это панацея современного часового производства?
Хм, судите сами. На «Ракете» есть станок, который штампует платины механизмов. Каждые 20 секунд из него выходит деталь. Станку с ЧПУ нужно потратить 30 минут для создания такой же детали. В целом, чтобы добиться такой же производительности, надо поставить больше сотни машин с ЧПУ. Так что эти умные станки мы будем применять для особых задач. Лимитированные коллекции с их помощью выпускать, например.


Есть ли у «Ракеты» планы делать механизмы не только для себя, но и для рынка?
Это одно из моих заданий – готовить наши спирали для продажи в Швейцарию. Спрос есть. Даже если мы не будем заниматься маркетингом, мы сможем продать сразу около 10 000 спиралей. Если с маркетингом – то 50 000 спиралей. Swatch Group пугает тем, что перекроет вентиль. Если это произойдет, то Cartier, TAG Heuer, Breitling и другие марки окажутся в затруднительном положении.

Питер Стас из Frederique Constant тоже крайне болезненно воспринимает тиранию Swatch Group.
И он тоже, он как раз ищет выходы из ситуации, но пока с выходами туго. У Soprod, на который все смотрят как на альтернативу, большой процент брака.

А в чем сложность производства спиралей?
Проблема в том, что оно описано в книгах лишь общими словами. А самая важная информация держится под секретом. И нужны люди. Должно пройти минимум 5 лет, чтобы выпустить нормального специалиста, способного сделать правильную пружину. С того момента как я создал свою первую спираль, прошло более 10 лет, прежде чем мои работы смогли пройти сертификацию C.O.S.C.

Как вы оцениваете китайские спирали?
Проблема всех китайских механизмов – это спираль. Уже через 3 года она теряет свою точность. Поэтому китайцы сейчас стараются покупать швейцарские спирали.

Проблема в материале из которого она сделана?
Да сплав не тот. Они не знают какое соотношение материалов правильное.

У вас не будет таких проблем?
Никаких. Производство сплава для спиралей находится в руках «Ракеты». Принадлежащее нам предприятие делает спирали для военных приборов. Так что все будет хорошо. И сплава достаточно. У Rolex его запасов хватит на 20 лет. У нас тоже.

Кстати, что мы все о «Ракете»? Расскажите про других. Вы работали с Франком Мюллером и Вартаном Сирмейкесом? Как там у них дела? Говорят, компания медленно катится под откос.
Работал примерно так: приходишь с утра на встречу с одним из них, в 8 утра; до позднего вечера ждешь, пока они смогут встретиться с тобой, а потом тебе говорят, что встречу надо отменить. Такое ощущение, что это делалось специально. Там сейчас не очень хорошая обстановка, мне не хочется ее обсуждать, но условия там недружественные.

Какие секреты расскажете про Rolex? Как вам вообще удалось покинуть эту компанию, мне кажется ее сотрудники, как сотрудники спецслужб, бывшими не бывают. Особенно, такие как вы, вы же делали спирали и балансы.
(Смеется). Мне просто надоело там, это огромная машина с кучей административных препон. Все очень медленно, большую часть времени я тратил на то, чтобы решить организационные проблемы. Я ждал неделю разрешения от всевозможных инстанций просто для того, чтобы передвинуть рабочий стол на другое место.

В чем же тогда секрет успеха Rolex?
Они богаты. Во время кварцевого кризиса там не было работы. В течение 20 лет они тратили деньги, лежавшие у них на счетах. Около 20 миллиардов долларов у них было. Это помимо недвижимости и массы другой собственности. Они могли на 11 лет отправить всех домой, разрушить производство, потом все построить заново, нанять, обучить сотрудников и у них остались бы деньги на счетах. Причем, важно понимать, что это не акционерное общество. Русским трудно понять устройство Rolex. Они как Bosch – у них нет цели заработать деньги. Задача другая – помогать людям через благотворительность и другие инструменты. Только для этого они работают, продолжают дела и продолжают зарабатывать. У них такой устав. Это не совсем благотворительный фонд, но нечто похожее. И у «Ракеты» те же самые цели сейчас. Компания не ставит цель заработать денег, если бы Жак Полье хотел заработать, он нашел бы менее сложные пути, он в совершенстве умеет их добывать. Но его цель – развитие производства. «Ракета» будет русским Rolex.


Надеемся на это! Спасибо!

Краткое резюме Жана-Клод Квине

1. Изобретатель и наладчик станков, необходимых для производства сложнейшего узла баланс-спираль. Долгое время трудился в Rolex. Во время работы в Ind’M SA Жан Клод разработал и внедрил в производство швейцарский механизм SOPROD 6024. Сотрудничая с Eterna SA, спроектировал и разработал калибр Eterna 3030

2. Соучредитель и производственный директор компании Dimier. Недавно группа DKSH, владеющая такими брендами, как Ulysse Nardin, Maurice Lacroix, Louis Erard, приобрела 20% акций группы Bovet Fleurier SA, владеющей Dimier. Причина приобретения состоит в том, что Dimier выпускает сложнейшие механизмы со спиралями собственного производства.

3. Будучи директором Neo SA, возглавлял отдел производства узлов баланс-спираль, предназначавшихся для турбийонов группы Frank Muller. Он был одним из разработчиков самых сложных часов в мире (36 усложнений), созданных Franck Muller, а также разрабатывал часы Franck Muller Secret Hours.











Corum Admiral’s Cup Legend в 2016 году

Corum Admiral’s Cup Legend в 2016 году

Montblanc Heritage Chronometrie Twincounter Date

Montblanc Heritage Chronometrie Twincounter Date

Mühle Glashütte 29er Zeigerdatum

Mühle Glashütte 29er Zeigerdatum

Frederique Constant Slimline Perpetual Calendar

Frederique Constant Slimline Perpetual Calendar

TAG Heuer Monza Calibre 17 Chronograph

TAG Heuer Monza Calibre 17 Chronograph


 

Популярное:

Лучшее за 2012 год

Лучшее за 2012 год

Победители GPHG в Москве

Победители Grand-Prix d Horlogerie de Geneve 2012 в Москве

Часы с открытым механизмом

Часы с открытым механизмом

Часы студентов МГИМО

Часы студентов МГИМО

Китайские турбийоны

Китайские турбийоны


© 2010—2016 Chronoscope.ru Хроноскоп - журнал о часах и тех, кто их носит